Бесплатная горячая линия

8 800 700-88-16
Главная - Другое - Основание признание третейской оговорки недействительной

Основание признание третейской оговорки недействительной

Решение суда о признании третейской оговорки недействительной № 2-11/2017 (2-914/2016;) ~ М-781/2016

. Правила рассмотрения спора определяются Регламентом данного суда, за исключением случаев, установленных п. 13 настоящего договора.Пункт 13 настоящего договора предусматривает, что на основании ст. 7 ФЗ «О Третейских Судах в РФ» стороны устанавливают следующее: выбор третейского судьи (арбитра) осуществляет сторона, выступающая в качестве истца, кассационная процедура в рамках третейского судопроизводства не применяется.

Решение третейского суда является окончательным и обязательным для сторон.

Согласно п. 14 указанного договора стороны признают, что на момент подписания настоящего договора им известны все положения регламента ПДТС «СПЭА» (далее по тексту – регламент), что они осознанно и добровольно соглашаются на применение к рассмотрению их спора процессуальных особенностей, установленных данным регламентом и настоящим договором (л.д.10-12).Государственная регистрации права собственности на основании указанного договора и государственная регистрация ипотеки произведены 25.05.2013 (л.д.12).Факт подписания договора купли – продажи от 29.04.2013 истцами и их представителем не оспаривался.

Согласно п. 14 указанного договора стороны признают, что на момент подписания настоящего договора им известны все положения регламента ПДТС «СПЭА» (далее по тексту – регламент), что они осознанно и добровольно соглашаются на применение к рассмотрению их спора процессуальных особенностей, установленных данным регламентом и настоящим договором (л.д.10-12).Государственная регистрации права собственности на основании указанного договора и государственная регистрация ипотеки произведены 25.05.2013 (л.д.12).Факт подписания договора купли – продажи от 29.04.2013 истцами и их представителем не оспаривался. Согласно части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного постановления в разумный срок.В силу пункта 1 статьи защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд.В соответствии с частью 2 статьи 1 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» в третейский суд может по соглашению сторон третейского разбирательства передаваться любой спор, возникающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом.Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» третейское соглашение заключается в письменной форме, если иная форма третейского соглашения не предусмотрена настоящим Федеральным законом или иным федеральным законом. Третейское соглашение считается заключенным в письменной форме, если оно содержится в документе, подписанном сторонами, либо заключено путем обмена письмами, сообщениями по телетайпу, телеграфу или с использованием других средств электронной или иной связи, обеспечивающих фиксацию такого соглашения.

Ссылка в договоре на документ, содержащий условие о передаче спора на разрешение третейского суда, является третейским соглашением при условии, что договор заключен в письменной форме и данная ссылка такова, что делает третейское соглашение частью договора.В силу части 3 вышеуказанной статьи, если стороны не договорились об ином, то при передаче спора в постоянно действующий третейский суд правила постоянно действующего третейского суда рассматриваются в качестве неотъемлемой части третейского соглашения.Третейское соглашение — это соглашение, устанавливающее взаимные права и обязанности сторон по вопросам способа, формы и процедуры разрешения возможного спора, а не соглашение, определяющее взаимные гражданские права и обязанности сторон, хотя и заключенное в форме гражданско-правового договора.

В силу указанной природы третейское соглашение носит автономный от основного договора характер (п.

1 ст. 17 Федерального закона от 24 июля 2002 г. N 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации»).В данном случае доводы истцовой стороны о притворности третейской оговорки не содержат указаний на обстоятельства, подтверждающие указанный довод.Оспариваемые пункты договора, содержащие третейскую оговорку, как и договор купли – продажи в целом, признакам, установленным в ст. (договор присоединения), не соответствуют.

Из содержания договора следует, что стороны, помимо третейской оговорки, согласовали условия договора купли — продажи с учетом индивидуальных особенностей как продавцов, так и покупателя. При этом истцовая сторона не указывает, по каким именно признакам считает, что договор купли – продажи является договором присоединения и какими доказательствами указанные признаки подтверждаются.Доводы истцовой стороны о том, что добровольного соглашения о передаче спора на рассмотрение третейского суда истцы не подписывали, не понимали сути третейского разбирательства, ничем не подтверждаются, поскольку в силу положений ст.ст.

, граждане свободны в заключении договора, понуждение к заключению договора не допускается, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчик понудила истцов к заключению договора на явно невыгодных для истцов условиях. При таких обстоятельствах, договор купли – продажи, включающий, в том числе, третейскую оговорку, не является навязанным или обременительным, истицы согласились с ним, подписав условия договора.В материалах дела не имеется доказательств того, что при подписании договора между сторонами имелись какие – то разногласия по условиям третейской оговорки, истицы на момент подписания договора выражали какие – то сомнения в содержании и смысле третейской оговорки, им было не ясно ее содержание, ими предпринимались попытки изменить условия о третейской оговорке.

Следовательно, истицы понимали содержание оспариваемых ими условий договора и согласились с ними.Доводы истцовой стороны на ущемление ее прав на выбор судебной защиты третейским соглашением нельзя признать состоятельным, поскольку третейское соглашение предоставляет сторонам право выбора на судебную защиту. Кроме того, истицы обращались за защитой своих прав в третейский суд с иском к Пейко А.К. о взыскании денежных средств, третейским судом было вынесено решение 06.02.2015, что подтверждается материалами дела (л.д.171-181) и опровергает доводы истцовой стороны о том, что им непонятна сущность третейского разбирательства и обращение в третейский суд затруднило бы доступ к правосудию.Доводы истцовой стороны о том, что п.

14 договора купли – продажи квартиры содержит формулировку о том, что сторонам известны положения регламента ПДТС «СПЭА», однако положения указанного регламента не являются частью договора купли – продажи, нельзя признать состоятельными, поскольку п. 14 договора не содержит условий о признании регламента частью договора купли – продажи.Доводы истцовой стороны об отсутствии возможности повлиять на условия, включающие передачу дела на рассмотрение третейского суда и нахождение истцов в существенно худшем положении по сравнению с ответчиком, что свидетельствует о нарушении принципа равенства всех участников правоотношений, несостоятельны, поскольку никаких доказательств в обоснование указанных доводов не представлено.Доводы истцовой стороны о нарушении при передаче на рассмотрение дела третейским судом принципа социальной значимости жилья с учетом экономической направленности третейских судов также нельзя признать обоснованными по следующим основаниям:Пунктом 2 статьи 1 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» закреплено, что в третейский суд может по соглашению сторон третейского разбирательства передаваться любой спор, вытекающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом.Соглашение сторон о рассмотрении спора третейским судом (третейская оговорка), составленное в соответствии с действующим законодательством, свидетельствует о намерениях сторон рассматривать возможный спор именно в третейском суде.

14 договора не содержит условий о признании регламента частью договора купли – продажи.Доводы истцовой стороны об отсутствии возможности повлиять на условия, включающие передачу дела на рассмотрение третейского суда и нахождение истцов в существенно худшем положении по сравнению с ответчиком, что свидетельствует о нарушении принципа равенства всех участников правоотношений, несостоятельны, поскольку никаких доказательств в обоснование указанных доводов не представлено.Доводы истцовой стороны о нарушении при передаче на рассмотрение дела третейским судом принципа социальной значимости жилья с учетом экономической направленности третейских судов также нельзя признать обоснованными по следующим основаниям:Пунктом 2 статьи 1 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» закреплено, что в третейский суд может по соглашению сторон третейского разбирательства передаваться любой спор, вытекающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом.Соглашение сторон о рассмотрении спора третейским судом (третейская оговорка), составленное в соответствии с действующим законодательством, свидетельствует о намерениях сторон рассматривать возможный спор именно в третейском суде. Истцы не лишены возможности обратиться с исковым заявлением о признании недействительным договора купли-продажи и применении последствий его недействительности в Постоянно действующий третейский суд «Санкт – Петербургский экономический Арбитраж».В соответствии со ст. каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.Таким образом, правовые основания для удовлетворения исковых требований истиц о признании третейской оговорки в договоре купли – продажи от 29.04.2013 квартиры, расположенной по адресу: , заключенном между сторонами, недействительной по указанным истцовой стороной основаниям, отсутствуют.На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.

, 194-, судРЕШИЛ В удовлетворении исковых требований Тихомировой Е.И.

и Тихомировой А.С. к Пейко А.К. о признании третейской оговорки недействительной – отказать.Решение может быть обжаловано в Санкт — Петербургский городской суд через Сестрорецкий районный суд Санкт – Петербурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.Судья А.В.МаксимоваДата принятия решения суда в окончательной форме 13 февраля 2017 года. Подлесных Е.Г. обратилась с иском к Латыпову Р.Ш.

о взыскании компенсации морального вреда в сумме 200000 руб., указав, что 06 апреля 2016г. в 21:00 Латыпов Р.Ш., находясь на лестничной площадке 1-го этажа в подъезде 2 дома Санкт-Петербурга, напал. Панфилов В.В., с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, обратился с иском к адвокату Леонтьеву А.Е.
39 ГПК РФ, обратился с иском к адвокату Леонтьеву А.Е.

о взыскании денежных средств в размере 100 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 5 150 руб., взыскан. © 2020 sud-praktika.ru |

Статья 29 Регламента Арбитражного третейского суда города Москвы предусматривает, что иск предъявляется по месту фактического нахождения Третейского суда, указанному на официальном сайте. Арбитражный третейский суд города Москвы принимает и рассматривает иски сторон, заключивших третейское соглашение о рассмотрении спора в Арбитражном третейском суде города Москвы, независимо от места нахождения (проживания) сторон.

В соответствии с частью 1 статьи 5 Федерального закона от 24.07.2002 № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» спор может быть передан на разрешение третейского суда при наличии заключенного между сторонами третейского соглашения. Третейское соглашение может быть заключено сторонами в отношении всех или определенных споров, которые возникли или могут возникнуть между сторонами в связи с каким-либо конкретным правоотношением (часть 1 статьи 5).

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона «О третейских судах в РФ» третейское соглашение заключается в письменной форме, если иная форма третейского соглашения не предусмотрена федеральным законом.

Рекомендуемая форма третейского соглашения () для включения в договор, в раздел «разрешение споров»: «Все споры по настоящему договору передаются на разрешение в государственный суд или в Арбитражный третейский суд города Москвы (г. Москва, ул. Шкулева, д.9, корп.1) в соответствии с его Регламентом» Стороны согласовали, что заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда подается в государственный суд по месту третейского разбирательства». Между компанией (заказчиком) и обществом (подрядчиком) по результатам открытого одноэтапного конкурса без предварительного отбора, объявленного на электронной торговой площадке открытого акционерного общества «Холдинг МРСК», на основании протокола о результатах конкурса заключен договор подряда на выполнение проектно-изыскательских, строительно-монтажных, приемо-сдаточных работ по созданию комплексной системы учета электроэнергии с автоматизированным сбором данных на объектах, расположенных на территории Республики Дагестан (далее – договор).

Указанный договор содержит . Впоследствии общество, сославшись на то, что данное условие договора нарушает его права и законные интересы, препятствует защите нарушенных прав в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, обратилось в арбитражный суд с иском о признании третейской оговорки недействительной. Решением Арбитражного суда Ставропольского края, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда, иск общества удовлетворен, третейское соглашение признано недействительным. Постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменены, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела решением Арбитражного суда Ставропольского края, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда, исковые требования общества удовлетворены, третейское соглашение признано недействительным. Судебные акты мотивированы тем, что компания является аффилированным лицом по отношению к третейскому суду, следовательно, третейское соглашение не обеспечивает соблюдение принципов законности, независимости и беспристрастности третейского разбирательства; договор, содержащий третейскую оговорку, предполагает расходование средств федерального бюджета, следовательно, имеет публичную основу, преследует публичный интерес — направлен на достижение результата, необходимого в публичных целях, соответственно, не является арбитрабельным, поскольку его публичный характер не совместим с принципами третейского разбирательства, прежде всего принципом конфиденциальности.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменены, в удовлетворении иска общества отказано.

Кассационный суд округа заключил, что участники договора выразили свою волю на отказ от государственного правосудия и разрешение споров из договора между ними посредством третейского разбирательства в определенном третейском органе, понимая его аффилированный характер.

Также, по мнению кассационного суда округа, само по себе целевое финансирование договора подряда, заключенного по результатам открытого одноэтапного конкурса, за счет средств федерального бюджета, не исключает возможности передачи рассмотрения возникающих в процессе его исполнения споров в третейский суд.

Также, по мнению кассационного суда округа, само по себе целевое финансирование договора подряда, заключенного по результатам открытого одноэтапного конкурса, за счет средств федерального бюджета, не исключает возможности передачи рассмотрения возникающих в процессе его исполнения споров в третейский суд. Общество, ссылаясь на существенное нарушение постановлением суда кассационной инстанции норм права, прав и законных интересов заявителя, охраняемых законом публичных интересов, обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением о его пересмотре в кассационном порядке. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации кассационная жалоба заявителя вместе с материалами истребованного из арбитражного суда первой инстанции дела передана на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Судебная коллегия оставила обжалуемый судебный акт без изменения, кассационную жалобу общества – без удовлетворения по следующим основаниям.

Третейское соглашение (третейская оговорка) может быть признано недействительным по правилам статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации о признании недействительной сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта. В судебном заседании заявитель указал, что третейская оговорка недействительна, поскольку предполагает передачу публично-правового спора о расходовании бюджетных средств на рассмотрение третейского суда, а также ввиду того, что третейское соглашение не обеспечивает соблюдение принципов законности, независимости и беспристрастности третейского разбирательства, поскольку предполагает передачу спора в аффилированный с ответчиком третейский суд.

Судебная коллегия указала, что, проверяя довод заявителя о нарушении принципов независимости и беспристрастности , суды трех инстанций сделали верный вывод о том, что НП «ЭНЕРГОСТРОЙ», при котором создан третейский суд, и компания являются аффилированными лицами. Верным является и вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что, несмотря на участие истца в некоммерческом партнерстве «ЭНЕРГОСТРОЙ», ответчик и аффилированные с ним лица при вышеизложенной структурной организации имеют более определяющую роль в формировании и функционировании третейского суда. Таким образом, в данном случае нарушен паритет в правах сторон по формированию третейского суда, который в силу своей юридической природы может функционировать исключительно на основе паритета.

Следовательно, такой паритет в обеспечении справедливого разбирательства должен достигаться за счет иных правовых средств.

Закон не исключает обращение в конкретный третейский суд стороны, не аффилированной с ним, либо не имеющей равных с иными сторонами спора возможностей в определении его структурной организации и формировании конкретного состава третейского суда.

Баланс прав сторон спора, разрешаемого в третейском суде, в целях обеспечения права на равный, независимый, беспристрастный суд обеспечивается за счет стандартных гарантий справедливого разбирательства: свободы воли при выборе третейского суда и государственного судебного контроля за беспристрастностью третейского суда в традиционных процедурах оспаривания компетенции третейского суда, оспаривания решения третейского суда и принудительного исполнения решения третейского суда. Соответственно, задача государственного суда состоит в том, чтобы в установленных законом формах проконтролировать, во-первых, насколько свободным был выбор такого аффилированного третейского органа участниками спора, в особенности нейтральной стороной, и, во-вторых, не привела ли аффилированность к небеспристрастности конкретных арбитров, а, следовательно, – к вынесению несправедливого третейского решения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2015 по делу № 304-ЭС14-495). Как отмечено Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении № 30-П от 18.11.2014 г., стороны спора, заключая соглашение о его передаче на рассмотрение третейского суда и реализуя тем самым свое право на свободу договора, добровольно соглашаются подчиниться правилам, установленным для конкретного третейского суда.

При оспаривании третейской оговорки общество не представило доказательств и не заявило о нарушении свободы воли при выборе третейского органа или об иных пороках воли (заблуждении, принуждении, обмане) при выборе третейского суда. Таким образом, общество не обосновало, каким образом выбор аффилированного с компанией третейского суда привел к нарушению прав общества при отсутствии разбирательства в третейском суде, решения третейского суда о наличии у него компетенции, решения третейского суда по существу спора. Второй правовой гарантией, направленной на обеспечение справедливого разбирательства в аффилированном третейском суде, является право стороны такого разбирательства заявить о небеспристрастности конкретного состава третейского суда.

Как отмечено Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении № 30-П, указание на нарушение принципа беспристрастности при рассмотрении конкретного спора в качестве основания для отказа в исполнении третейского решения предполагает необходимость установления нарушения принципа беспристрастности именно составом третейского суда, что не исключает учета в этих целях организационно-правовых связей судей со сторонами спора. Следовательно, в случае несогласия стороны спора в третейском суде с конкретным составом суда она вправе заявить о небеспристрастности конкретного состава третейского суда и потребовать формирования нового состава суда, отвечающего принципам беспристрастного правосудия. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что общество заявляло о наличии заинтересованности кого-либо из состава судей третейского суда либо определенного состава третейского суда, рассматривающего конкретный спор, ввиду наличия их организационно-правовых связей со сторонами по делу.

Общество не ссылалось на то, что оно было лишено возможности предложить тот состав суда, которому доверяет, заявить отвод судьям, которым не доверяет.

При таких обстоятельствах, суд кассационной инстанции округа сделал верный вывод о том, что истец не доказал ни нарушение воли при подписании договора, содержащего третейскую оговорку, ни нарушение принципа беспристрастности конкретных судей при наличии аффилированности третейского суда по отношению к компании.

Также истец не доказал, заявляя довод о неарбитрабельности спора в силу публичного характера отношений из договора, каким образом сам по себе факт заключения третейской оговорки о рассмотрении спора из договора, предполагающего расходование бюджетных средств (при отсутствии факта признания третейским судом своей компетенции на рассмотрение такого спора и факта рассмотрения спора из подобного договора третейским судом) нарушает его права исполнителя по договору подряда.

При этом в случае рассмотрения такого спора третейским судом государственный суд не будет лишен возможности проконтролировать вопрос защиты интересов публичного порядка в традиционных, установленных законом, формах контроля государственного правосудия за третейским разбирательством на основе применения норм об оговорке о публичном порядке в целях защиты публичных интересов (в частности, принципов прозрачности расходования бюджетных средств и публичного контроля за их расходованием, свободной воли спорящих сторон и государства на передачу таких споров в третейский суд).

Судебная коллегия указала, что истец (заявитель) кассационной жалобы не доказал, что наличие в договоре третейской оговорки само по себе нарушает его права.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации оставила обжалуемый судебный акт без изменения, кассационную жалобу общества – без удовлетворения. Обзор подготовлен отделом анализа судебной практики и проблем правоприменения Арбитражного третейского суда города Москвы. Председатель Арбитражного третейского суда г.

Москвы Кравцов А.В.

Налоги и Право

Автор: 19 ноября 2013 Арбитражное соглашение или арбитражная оговорка важны в любом договоре.

Арбитражное соглашение — это выбор контрагентов в отношении определения того, каким образом будут рассматриваться их споры в связи с договором.

По общему правилу недействительность основного соглашения не влечет каких бы то ни было неблагоприятных последствий для арбитражного соглашения. Арбитражное соглашение сохраняет свою силу.

Бывают случаи, при которых арбитражное соглашение может быть признано недействительным: При односторонней арбитражной оговорке одна из сторон имеет право обращения в арбитраж, вторая — нет. В деле Armendariz v. Foundation Health Psychcare Services, Inc.

(США) апелляционный суд отметил, что в данном конкретном случае арбитражная оговорка может рассматриваться как недействительная. Несмотря на то, что арбитраж является привлекательной альтернативой судопроизводству в государственных судах, он может быть очень затратным для истца. Отсутствие необходимых денежных средств в результате может привести к невозможности для стороны защищать свои права.

Отсутствие необходимых денежных средств в результате может привести к невозможности для стороны защищать свои права.

В американском деле Green Tree Financial Corp.

v. Randolph суд признал возможной опцию признания арбитражного соглашения недействительным из-за высоких расходов для одной из сторон процесса. Вопрос об определении расходов, которые являются неподъемными для одной или другой стороны, разрешается каждым конкретным судом с учетом обстоятельств дела и статуса сторон.

В английском деле Jivraj v Hashwani в арбитражном соглашении было указано, что арбитры должны принадлежать к определенной религии.

Одна из сторон хотела назначить арбитра, не следующего установленной религии. При этом сторона опиралась на принятое в 2003 году в Великобритании регулирование о равенстве прав на трудоустройство вне зависимости от религии и убеждений (Employment Equality (Religion or Belief) Regulations 2003).

Апелляционный суд установил, что определение «трудоустройство» достаточно широко, чтобы включать также арбитров, так как они предоставляют услуги сторонам договора. При этом апелляционный суд не только принял решение, заключавшееся в том, что критерий религии в арбитражном соглашении не допустим, но также постановил, что данное условие влияет на целостность всего арбитражного соглашения, которое должно полностью рассматриваться как недействительное.

Соответственно, в данном случае между сторонами отсутствовало соглашение о передаче споров в арбитраж. Такая ситуация часто возникает при включении арбитражной оговорки в какие-то формуляры и иные стандартные документы, которые подписываются второй стороной целиком и не могут быть изменены такой второй стороной.

В некоторых странах действуют ограничения по включению арбитражной оговорки в определенные договоры, такие как трудовые договора, договора с потребителями.

Цель — защитить более слабую сторону в договоре.

В США, например, в деле Mayers v.

Volt Management арбитражное соглашение закрепляло, что споры относительно трудовых вопросов будут рассматриваться по правилам Американской арбитражной комиссии.

Однако, работодатель не представил сотруднику копию этих правил или объяснений, где эти правила находятся. На этом основании суд решил, что ущемляются права работника и признал арбитражное соглашение недействительным.

В Германии статья 1030 Закона о гражданском судопроизводстве запрещает передавать споры относительно аренды жилого помещения на рассмотрение арбитража. В Китае дела, связанные с семейными отношениями и детьми, не могут передаваться на рассмотрение арбитража. Если стороны все же оговаривают арбитраж, то такое положение считается недействительным.

Отсутствие необходимой правоспособность влечет недействительность арбитражного соглашения. В связи с этим необходимо проявлять осторожность при работе с арбитражными оговорками, которые заключаются с людьми, зависящими от медикаментов или наркотических средств. Арбитражная оговорка может быть признана недействительной, если спор передается на рассмотрение арбитража, связанного с одним из лиц, участвующих в споре.

Например, в деле Graham v. Scissor-Tail, Inc.

(США) суд отметил, что арбитраж связан с ответчиком, и поэтому будет склонен принять решение в его пользу.

На этом основании арбитражная оговорка недействительна. По этой причине большинство организаций предпочитают выбирать независимые арбитражные институты. Например, в Китае арбитражное соглашение обязательно должно содержать согласие сторон на передачу дела в арбитраж, наименование арбитражного суда, а также условие о том, какие вопросы передаются арбитражу.

Поэтому, например, положения арбитража ad hoc могут быть недействительными, так как они не указывают на какой-то один определенный арбитраж. По этой же причине альтернативный выбор двух арбитражей также влечет недействительность арбитражной оговорки.

Например, в США в деле Gonski v.

Second Judicial Dist. суд признал арбитражную оговорку недействительной, в том числе, на основании концепции недобросовестности, так как арбитражная оговорка была составлена трудночитаемым текстом и размещена в середине документа объёмом в 500 страниц.

В деле D.R. Horton, Inc. v. Green арбитражная оговорка была также составлена тяжело читаемым шрифтом, что послужило одним из факторов признания ее недействительной.

Арбитражная оговорка написана таким образом, что не позволяет определить волю сторон.

Законодательство и суды выработали некоторые иные важные моменты в отношении недействительности или неисполнимости арбитражного соглашения:

  1. Если в арбитражном соглашении прямо указано, что вопрос о его действительности рассматривается арбитражем, то вопрос о признании арбитражного соглашения недействительным решается только арбитражем, а не судом.В деле Best v. Educ. Affiliates, Inc. бывшие студенты подали иск против учебного заведения вследствие нарушения контракта. Учебное заведение попыталось в государственном суде признать арбитражное соглашение по контракту недействительным. Однако суд отказал, указав, что в связи с прямо установленными ограничениями в арбитражном соглашении вопрос о признании арбитражного соглашения недействительным решается только арбитражем, а не судом.
  2. Основания, по которым привести арбитражное соглашение в силу невозможноКроме оснований, по которым арбитражное соглашение недействительно, есть случаи, когда арбитражное соглашение невозможно привести в действие даже при его действительности. Например, если надо представить доказательство досудебного урегулирования спора, а такое доказательство невозможно представить. Или когда требования арбитрам сформулированы так широко, что невозможно найти арбитров, которые бы удовлетворяли этим требованиям ().

Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 02.11.2016 N 306-ЭС16-4741 по делу N А65-19616/2015

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИОПРЕДЕЛЕНИЕот 2 ноября 2016 г.

N 306-ЭС16-4741Резолютивная часть определения объявлена 26.10.2016.Полный текст определения изготовлен 02.11.2016.Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе:председательствующего судьи Павловой Н.В.,судей Першутова А.Г., Прониной М.В.,рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Банковский долговой центр» (г.

Казань, далее — банковский долговой центр, заявитель) на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.11.2015 по делу N А65-19616/2015 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 05.02.2016 по тому же делупо заявлению некоммерческой организации «Ульяновский благотворительный фонд «Твоя Родина» (г.

Ульяновск, далее — благотворительный фонд) к банковскому долговому центру об отмене решения Постоянно действующего третейского суда «Право» от 15.01.2015 по делу N ТСП-1365-14 (далее — решение третейского суда) по иску благотворительного фонда к банковскому центру о признании недействительной (ничтожной) сделкой договора об отступном от 03.11.2011.В судебном заседании принял участие представитель банковского долгового центра Некрасова Е.А.Благотворительный фонд о времени и месте судебного заседания надлежащим образом извещен, представителя для участия в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не направил, доказательств уважительности причин неявки не представил.Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Павловой Н.В., Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерацииустановила:как установлено судами и следует из материалов дела, 26.01.2006 между открытым акционерным обществом АКБ «АК БАРС» (далее — банк) и обществом с ограниченной ответственностью «Регтайм-К» (далее — общество «Регтайм-К») заключен договор N 7 об открытии кредитной линии под лимит задолженности с дополнениями, в рамках которого общество «АК БАРС» предоставило обществу «Регтайм-К» денежные средства в размере 20 000 000 рублей под 19% годовых сроком до 26.01.2009 (далее — кредитный договор). В качестве обеспечения надлежащего исполнения обществом «Регтайм-К» кредитного обязательства банком был принят залог имущества третьих лиц, в том числе недвижимого имущества, принадлежащего на праве собственности благотворительному фонду:- не завершенная строительством база отдыха «Лесная быль» (литеры: А, а, а1, Б, б, В, 3 А65-19616/2015 В1, Д, Д1, Е, Ж, И, К, Л, М, Г, Г1 — Г3, I, II), находящаяся по адресу: Ульяновская область, Чердаклинский район, Ульяновский Мехлесхоз, 16 квартал Чердаклинского лесничества, кадастровый номер объекта: 73:21:020101:8:0056860000 (далее — база отдыха);- земельный участок площадью 15 000 кв.

м, расположенный по адресу: Ульяновская область, Чердаклинский район, Ульяновский мехлесхоз, Чердаклинское лесничество, 16 квартал, кадастровый номер земельного участка 73:21:020101:8, категория земель — земли особо охраняемых территорий и объектов, разрешенное использование: для эксплуатации базы отдыха «Лесная быль» (далее — земельный участок).23.08.2010 между банком и банковским долговым центром заключен договор уступки прав (требований) N 91/98, в соответствии с которым банк (цедент) уступил банковскому долговому центру (цессионарию) в полном объеме права (требования) к обществу «Регтайм-К» по кредитному договору и права залогодержателя по договору ипотеки от 09.02.2006, по условиям которого банком был принят залог имущества третьих лиц, в том числе недвижимого имущества, принадлежащего на праве собственности благотворительному фонду (далее — договор ипотеки).03.11.2011 между банковским долговым центром и благотворительным фондом заключен договор об отступном, предметом которого являлась обязанность благотворительного фонда предоставить отступное с целью полного прекращения обязательств общества «Регтайм-К» (заемщика) перед банком по кредитному договору (далее — договор об отступном).По условиям договора об отступном в качестве отступного благотворительный фонд обязался предоставить недвижимое имущество (базу отдыха и земельный участок).Пунктом 3.3 договора об отступном стороны согласовали, что любой спор, разногласие или претензия, вытекающие из или в связи с договором, либо его нарушением, прекращением или недействительностью, а также незаключенностью подлежит разрешению в Постоянно действующем суде «Право» (далее — третейский суд).

Полагая, что договор об отступном является недействительным, благотворительный фонд обратился в третейский суд с иском к банковскому долговому центру о признании указанного договора недействительной (ничтожной) сделкой.Решением третейского суда от 15.01.2015 в удовлетворении исковых требований отказано.Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения благотворительного фонда в арбитражный суд с заявлением об отмене решения третейского суда на основании того, что оно, по мнению благотворительного фонда, нарушает основополагающие принципы российского права, а именно, принцип запрета распоряжения имуществом, распоряжение которым запрещено.Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.11.2015, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 05.02.2016, заявленные требования удовлетворены в полном объеме. Суды признали, что решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права ( Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) — принцип запрета распоряжения имуществом, распоряжение которым запрещено, так как договор об отступном был заключен в период действия обеспечительных мер, примененных судом общей юрисдикции.

Следовательно, по мнению судов, такой договор является недействительным.

Также суды отметили, что ввиду недействительности договора, является недействительной третейская оговорка, содержащаяся в нем, следовательно, по их мнению, подтверждено второе основание для отмены решения третейского суда, предусмотренное Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.Банковский долговой центр, ссылаясь на существенное нарушение судебными актами по делу норм права, прав и законных интересов заявителя, охраняемых законом публичных интересов, обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением об их пересмотре в кассационном порядке.В обоснование своей позиции заявитель ссылается на то, что арест имущества, нарушивший, по мнению судов, основополагающие принципы российского права, сохранял свое действие лишь до момента вступления в законную силу решения суда об отказе в удовлетворении требований в отношении арестованного имущества, в обеспечение исполнения которого он был принят. Заявитель утверждает, что на дату заключения договора об отступном (03.11.2011) основания существования обеспечительной меры в виде ареста отпали (с 09.03.2010), и поскольку момент вступления решения суда в силу (09.03.2010) предшествует дате заключения между сторонами соглашения об отступном (03.11.2011), нарушение основополагающих принципов российского права отсутствует.Согласно Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс) основаниями для отмены или изменения судебных актов в порядке кассационного производства в Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов.Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Павловой Н.В.

от 27.09.2016 кассационная жалоба заявителя вместе с делом передана на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, отзыве на нее, Судебная коллегия полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене по следующим основаниям.Как установлено судами, Ленинским районным судом г. Ульяновска рассмотрено дело N 2-4677/10 по иску банка к обществу «Регтайм-К», обществам с ограниченной ответственностью «РегтаймЪ», «Регтайм-Строй», «НПФ «Регтайм Плюс», благотворительному фонду, Пахомову Ю.П.

и Родионову Г.И. о взыскании задолженности по кредитному договору и об обращении взыскания на заложенное имущество, в рамках которого определением названного суда от 29.07.2009 приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на принадлежащее благотворительному фонду недвижимое имущество (базу отдыха и земельный участок). Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области 29.09.2009 за N 73-73-07/002/2009-152 зарегистрировано обременение в виде ареста, примененного постановлением Отдела судебных приставов по Ленинскому району г. Ульяновска Управления Федеральной службы судебных приставов по Ульяновской области о наложении ареста на имущество должника от 06.08.2009 в рамках дела N 2-4677/10.Согласно Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее — Закон об исполнительном производстве) арест на имущество должника применяется: 1) для обеспечения сохранности имущества, которое подлежит передаче взыскателю или реализации; 2) при исполнении судебного акта о конфискации имущества; 3) при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество, принадлежащее должнику и находящееся у него или у третьих лиц.При этом в силу Закона об исполнительном производстве арест имущества должника включает запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости — ограничение права пользования имуществом или изъятие имущества.

Вид, объем и срок ограничения права пользования имуществом определяются судебным приставом-исполнителем в каждом случае с учетом свойств имущества, его значимости для собственника или владельца, характера использования, о чем судебный пристав-исполнитель делает отметку в постановлении о наложении ареста на имущество должника и (или) акте о наложении ареста (описи имущества).Таким образом, при наложении ареста должник в обязательном порядке (при отсутствии указаний судебным приставом-исполнителем в постановлении о наложении ареста на имущество должника об ограничении прав владения и пользования имущества) лишается права распоряжения арестованным имуществом.В то же время заключение сделок с арестованным имуществом не запрещено, поскольку не относится к юридически значимым действиям по распоряжению имуществом в отсутствие акта передачи имущества, в отношении которого такая сделка совершена.Такой вывод подтверждается позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.09.2008 N 6343/08 по делу N А59-2533/02-С23, в котором суд заключил, что внесение в реестр сведений об аресте имущества исключает правомерность его передачи и регистрации перехода права собственности на него.Указанное дело рассмотрено судом по требованию о признании недействительным договора купли-продажи нежилого здания и применении последствий недействительности этой сделки в связи с тем, что на момент фактической передачи имущества во исполнение договора купли-продажи и государственной регистрации перехода права собственности на него к покупателю имущество находилось под арестом.Кроме того, необходимо учесть, что право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором ( Гражданского кодекса Российской Федерации).Исходя из этого, заключение договора об отступном в отношении имущества, на которое наложен арест, является правомерным, нелегитимными могут быть признаны только действия по фактической передаче в собственность другого лица имущества, распоряжаться которым в силу примененного судебными приставами-исполнителями ареста запрещено.Кроме того, из материалов настоящего дела следует, что решением Ленинского районного суда г.

Ульяновска от 29.12.2003 по названному делу, оставленным без изменения определением Ульяновского областного суда от 09.03.2010, исковые требования банка удовлетворены частично, в обращении взыскания на принадлежащее благотворительному фонду недвижимое имущество отказано.

Таким образом, решение Ленинского районного суда г.

Ульяновска по делу N 2-4677/10 вступило в силу 09.03.2010.Согласно Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда.Таким образом, в силу названных фактов и норм права материально-правовой интерес в существовании обеспечительных мер в виде наложения ареста на передаваемое по договору об отступном недвижимое имущество отпал с момента вступления в законную силу решения суда по делу N 2-4677/10, следовательно, благотворительный фонд не был ограничен в правах собственника по распоряжению своим имуществом, в том числе в праве заключения оспариваемого соглашения.Поскольку в спорных правоотношениях имело место только заключение договора об отступном, в то время как фактической передачи недвижимого имущества, на которое наложен арест, не состоялось, выводы судов о том, что оспариваемая сделка (договор об отступном) является ничтожной по смыслу Гражданского кодекса как совершенная в отношении имущества, распоряжение которым запрещено, неверны.Также в качестве основания отмены решения третейского суда суды указали предусмотренный Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, действовавшей в период спорных правоотношений, критерий недействительности третейского соглашения, по основаниям, предусмотренным федеральным законом. При этом суды отметили, что недействительность договора об отступном влечет недействительность третейского соглашения.Данный вывод является неверным, ввиду того, что третейское соглашение — это соглашение, устанавливающее взаимные права и обязанности сторон по вопросам способа, формы и процедуры разрешения возможного спора, а не соглашение, определяющее взаимные гражданские права и обязанности сторон, хотя и заключенное в форме гражданско-правового договора. В силу указанной природы, третейское соглашение носит автономный от основного договора характер ( Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» от 24.07.2002 N 102-ФЗ).

Следовательно, признание договора недействительным, в том случае, когда имеются такие основания, не влечет автоматического признания третейской оговорки недействительной.

Действительность арбитражной оговорки не зависит от действительности основного договора.Основания недействительности арбитражной оговорки в большинстве случаев носят самостоятельный характер и оцениваются судом самостоятельно (например, пороки воли при заключении третейского соглашения или нарушение арбитрабельности споров), и только в определенных случаях могут совпадать с основаниями недействительности договора в целом (в частности, при выявлении фальсификации).Таким образом, основания отмены решения третейского суда, указанные судами по настоящему делу, не подтверждаются.Учитывая изложенное, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь , — Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,определила:определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.11.2015 по делу N А65-19616/2015 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 05.02.2016 по тому же делу отменить.В удовлетворении заявления некоммерческой организации «Ульяновский благотворительный фонд «Твоя Родина» об отмене решения Постоянно действующего третейского суда «Право» от 15.01.2015 по делу N ТСП-1365-14 отказать.Председательствующий судьяН.В.ПАВЛОВАСудьяА.Г.ПЕРШУТОВСудьяМ.В.ПРОНИНА——————————————————————

Признание недействительным арбитражного соглашения

Одно из наиболее эффективных методов решения гражданских дел – это передача его в . Данный факт закрепляется в соответствующем договоре и носит название третейской оговорки.

Когда она формулируется, важно акцентировать внимание на всех деталях, так как противоречащая требованиям соответствующих законодательных актов оговорка может быть недействительной.

Третейскую оговорку (в случае, если она является сделкой) признают недействительной по причинам, перечисленным в главы 9 «Недействительность сделок» ГК РФ. Необходимо отметить: аннулирование договоренности никак не обозначает недействительность третейской оговорки ( Федерального закона № 102-ФЗ от 24.07.2002 «О третейских судах в Российской Федерации»). Судебная практика наглядно иллюстрирует, что третейская оговорка обычно признана аннулированной, если она не соответствует ГК РФ.

В то же время текст оговорки должен соответствовать нормам Закона «О третейских судах в РФ» и требованиям Гражданского кодекса.

Арбитражная оговорка может быть признана недействительной только тогда, когда заинтересованная сторона предоставит соответствующее заявление об аннулирование. Более того, участник спора обязан передать в третейский суд весомые доказательства, что договоренность не имеет законных оснований.

Бремя доказательства ложится на плечи той стороны, которая желает оспорить его правомерность и действительность.

Только если имеется достаточная доказательная база, уполномоченный в данном вопросе государственный суд может признать недействительным третейское (арбитражное) соглашение по причине его серьезных разночтений с федеральными законами ( АПК РФ; ГПК РФ). Как сказано выше, представляет собой договоренность участников спора о дальнейшей передаче дела в коммерческий суд. Из этого следует, что участники готовы пойти на этот шаг и их намерение не подвергается сомнениям.

Однако если договор предполагает передачу или в третейский, или в арбитражный суд, то отсутствие конкретики может привести к аннулированию заключенного соглашения. К примеру, арбитражный суд признает третейское соглашение незаконным и, как следствие, недействительным.

Если же в договоренности определен третейский суд, то важно указать его форму: постоянно действующий или же образованный участниками спора и призванный урегулировать определенное дело.

Если третейская оговорка гласит, что спор переходит в ведение постоянно работающего коммерческого суда, то в обязательном порядке необходимо указать полное наименование.

Иначе оговорка будет признана аннулированной, так как нет повода полагать, что участники спора смогли достигнуть соглашения о дальнейшем движении дела. Если же дело будет слушаться в специально образованном для этого процесса суде, то порядок формирования судебной инстанции определен в Закона № 102-ФЗ.

Кроме того, важно указать тот факт, что суд был сформирован только при возникновении рассматриваемого дела.

То есть оговорку можно аннулировать только тогда, когда соглашение не конкретизирует, для какого разрешения спора был создан третейский суд.

В обязательном порядке оговорка должна содержать определенные правоотношения, которые могли привести к возникновению спора, а не гипотетические правоотношения и споры между участниками дела. К примеру, если соглашение арбитражного (третейского) суда заключается не имеющим права субъектом (цех, отдел, участок и прочие), это неизбежно приведет к признанию соглашения ничтожным.

В узконаправленной литературе подобные соглашения, имеющие существенные ошибки и влекущие к недействительности, порой именуются патологическими третейскими (арбитражными) оговорками. То есть пороки в арбитражной договоренности также могут быть названы патологическими. Однако далеко не все дела могут перейти на рассмотрение в третейский суд.

Не передаются дела, которые возникли из-за административно-правовых и иных публичных отношений. Это правило относится к делам о признании собственности по объектам недвижимости и об измене титула непосредственного владельца. Такие процессы ведутся исключительно в государственных судах.

Закона № 102-ФЗ гласит, что третейским судьей может быть назначено или избрано физическое лицо, обеспечивающее справедливое решение.

Судья не должен быть заинтересован в конечном результате данного судебного процесса. Если нарушается это правило, то решение будет признано недействительным.

Абсолютно все разбирательства в третейских судах должны осуществляться по следующим принципам:

  1. состязательности.
  2. конфиденциальности;
  3. закона;
  4. беспристрастности;
  5. равноправия;
  6. независимости;

Также договор с третейской оговоркой не должен быть подписан уполномоченным лицом, если в самом тексте оговорки не указывается, что уполномоченное лицо компании имеет определенные права на передачу спора в третейский суд.

Это объясняется тем, что руководящие органы организации могут не принять оговорку, что автоматически делает ее недействительной.

Важно, чтобы оригинал или правильно заверенная копия соглашения были переданы в арбитражный суд.

Последние новости по теме статьи

Важно знать!
  • В связи с частыми изменениями в законодательстве информация порой устаревает быстрее, чем мы успеваем ее обновлять на сайте.
  • Все случаи очень индивидуальны и зависят от множества факторов.
  • Знание базовых основ желательно, но не гарантирует решение именно вашей проблемы.

Поэтому, для вас работают бесплатные эксперты-консультанты!

Расскажите о вашей проблеме, и мы поможем ее решить! Задайте вопрос прямо сейчас!

  • Анонимно
  • Профессионально

Задайте вопрос нашему юристу!

Расскажите о вашей проблеме и мы поможем ее решить!

+